EN
Книга Р. Р. Ахмерова «Регенеративная медицина на основе применения плазмы аутологичной крови. Технология Plasmolifting». Часть 3 — Терапия плазмой аутологичной крови
Продолжаем публикацию книги Р. Р. Ахмерова с разрешения автора. В третьей части приводится глава 2, посвящённая терапии плазмой аутологичной крови, с авторским списком литературы.
Источник: Ахмеров Р. Р. Регенеративная медицина на основе применения плазмы аутологичной крови. Технология Plasmolifting. 2-е изд., испр. и доп. Москва: Литтерра, 2020. С. 21–33.
Раздел I. История и теория
Глава 2. Терапия плазмой аутологичной крови
Итак, по той или иной причине, аутогемотерапия, испытав свой расцвет в первой половине XX в., довольно скоро сошла со сцены и практически полностью исчезла из медицинской практики. Однако на смену ей, словно перехватив эстафету, тут же пришла новая концепция терапевтического применения компонентов крови, а именно богатая тромбоцитами плазма (platelet rich plasma — PRP). Изучение массива научных публикаций по данной теме позволяет заключить, что впервые термин «богатая тромбоцитами плазма» был употреблен Kingsley в 1954 г.: такое название он дал концентрированной тромбоцитарной массе, полученной в ходе его экспериментов по изучению процесса свертывания крови [1–3]. Впоследствии этот термин упоминался в 1960-х гг. в нескольких публикациях, посвященных изучению плазмафереза [4] и различным методикам получения тромбоцитарных концентратов [5, 6]. Однако ряд авторов полагают, что термин PRP появился в 1970-х гг. [7] и впервые PRP стали применять в трансфузионной гематологии для поддержания системы гемостаза в ходе хирургических вмешательств, а также для лечения тромбоцитопении [8, 9]. По мнению других авторов [10], история PRP начинается с фибринового клея, который Matras в 1970 г. применял в доклинических исследованиях для лечения кожных ран у крыс [11]. Спустя несколько лет был предложен усовершенствованный способ применения компонентов крови, получивший название «тромбоцито-фибриноген-тромбиновой массы» [12]. Для получения этой массы на конечной стадии приготовления фибринового клея к нему добавляли тромбоциты в высокой концентрации: такая процедура проводилась с целью естественным образом упрочить фибриновый гель и достичь комплексного эффекта от сочетания целебных свойств тромбоцитов и фибрина. Предположительно описываемую массу можно расценивать как первый вариант того, что сегодня принято называть богатым тромбоцитами гелем [10]. В течение периода, длившегося с 1986 по 1990 г., масса, полученная тем же самым методом, но уже под названием «тромбоцитарные ранозаживляющие факторы» с успехом использовалась для лечения кожных язв, проводимого в соответствии с принципами применения фибринового клея, разработанными Matras на 15 лет раньше [10, 13, 14]. В 1997 г. Whitman et al. [15] предложили аутологичную альтернативу фибриновому клею, изначально назвав ее PRP, но впоследствии изменив это название на «тромбоцитарный гель». Кто бы из упомянутых авторов ни был прав, несомненным остается тот факт, что массовый, активный и по сей день не утихающий интерес к PRP был порожден публикацией Marx et al. [16], появившейся в 1998 г. и рассматривающей PRP как источник факторов роста.
Необходимо отметить, что все получаемые при помощи вышеупомянутых методик продукты, независимо от их состава и структуры, изначально назывались PRP, поэтому для узнаваемости отдельных препаратов коммерческие компании стали давать им индивидуальные названия. Так, в 1999 г. один из методов получения PRP был выведен на рынок под торговым наименованием «плазма, богатая факторами роста» [17, 18]. Спустя год Choukroun et al. [19] сообщили о разработке новой формы тромбоцитарного концентрата, который получил название «богатый тромбоцитами фибрин» (platelets reach fibrin — PRF). Характерной особенностью методики его приготовления была выраженная полимеризация фибринового геля, и за этим препаратом закрепилось определение «тромбоцитарный концентрат второго поколения», поскольку его отличие от других видов PRP было очевидным. В 2014 г. тот же автор представил усовершенствованный PRF под названием A-PRF (содержащий, по заявлению разработчика, больше моноцитов) [20]. В 2006 г. Bielecki et al. [21] предложили богатый тромбоцитами гель, который был определен как фибриновая матрица, богатая тромбоцитами и лейкоцитами и обладающая большей эффективностью по сравнению с PRP. В том же году Sacco [22] ввел новое понятие «концентрированные факторы роста». Его методика позволяла получать более крупные и плотные блоки богатого тромбоцитами фибрина. В 2008 г. Everts et al. [23, 24] обратили особое внимание на лейкоциты как компонент тромбоцитарного концентрата и описали две его формы — неактивированную и активированную. Инактивированный/неактивированный препарат получил название «плазма, богатая тромбоцитами и лейкоцитами», а активированный гель — «тромбоцитарно-лейкоцитарный гель». Из концепций, появившихся в последующие годы, стоит отметить методологию приготовления «липкой кости» (аутологичный фибриновый клей, смешанный с костным трансплантатом), разработанную Sohn [25] в 2010 г., и протокол получения PRF в инъекционной форме, представленный Mourão et al. [26] в 2015 г. На практическом уровне научные открытия в этой области привели к тому, что PRP постепенно стала завоевывать популярность у врачей самых различных специальностей, поскольку появлялось все больше результатов исследований, свидетельствующих о том, что она обладает выраженными противовоспалительными, антибактериальными, митогенными, ангиогенными и хемотаксическими свойствами, а также стимулирует клеточную пролиферацию и активирует фибробласты. С середины 1990-х гг. PRP стали применять в стоматологии и челюстно-лицевой хирургии [27–29], а затем — в спортивной и восстановительной медицине [30–32], ортопедии [33, 34], дерматологии, дерматокосметологии и трихологии [35–52], офтальмологии [53] и других областях медицины. Теории механизма действия аутологичной плазмы и способы ее получения с течением времени менялись, пересматривались, дополнялись, и на сегодняшний день сомнения не вызывает только то, что аутологичная плазма, в том числе любые формы PRP, является эффективным и безопасным средством терапии ряда патологических состояний и оказывает выраженное регенерирующее и репарирующее воздействие на различные ткани организма. Во всем же, что касается определения PRP, роли тех или иных ее составляющих и их пропорций, а также способов и протоколов получения плазмы консенсус в научном и медицинском сообществах отсутствует.
Что же такое PRP? Этим термином принято обозначать плазму, концентрация тромбоцитов в которой превышает тот же параметр в аутологичной цельной (периферической) крови. Однако в отношении цифровых показателей концентрации тромбоцитов в плазме, обладающей терапевтическими свойствами, мнения авторов расходятся: одни полагают, что она должна превышать базовую концентрацию в 2–5 раз [7], другие сообщают, что, например, для успешного лечения алопеции необходимо превышение в 4–7 раз, третьи говорят о повышении концентрации тромбоцитов в 25 раз. Однако практически все исследователи делают вывод о том, что оптимальная концентрация остается неустановленной и этот вопрос требует дальнейшего изучения. Вопреки тому, что можно было бы ожидать, повышение концентрации тромбоцитов далеко не всегда приводит к лучшим результатам лечения [63]. Напротив, существуют исследования, доказавшие, что повышение концентрации тромбоцитов в плазме более чем в 2,5 раза тормозит восстановительные процессы в тканях [64]. Вероятно, поэтому своеобразным стандартом стало определение PRP, данное Робертом Марксом, который описал ее как плазму, содержащую 1 млн тромбоцитов на микролитр [54]. Согласно общепринятому мнению, терапевтические свойства плазмы во многом обусловлены свойствами факторов роста и цитокинов, которые содержатся в гранулах тромбоцитов и, высвобождаясь из последних при активации, изменяют перицеллюлярную микросреду. Наиболее значимыми из них являются фактор роста эндотелия сосудов (vascular endothelial growth factor — VEGF), фактор роста фибробластов, тромбоцитарный фактор роста (plateletderived growth factor — PDGF), фактор роста гепатоцитов, инсулиноподобные факторы роста 1 и 2, матриксные металлопротеиназы-2 и -9, а также интерлейкин 8 [55–58]. Более подробно их характеристики и механизм их действия на ткани мы рассмотрим в следующей главе. Однако, особенно когда речь идет о заживлении ран, необходимо принимать во внимание тот факт, что благоприятная микросреда в ране и механические раздражители оказывают влияние на дифференциацию клеток и репаративные процессы в тканях безотносительно наличия либо отсутствия стимулирующих факторов роста. Отдельные авторы, усматривая в терапии PRP сходство с пролотерапией [32, 59], упоминают о том, что в основе механизма действия аутологичной плазмы лежит не только способность тромбоцитов доставлять факторы роста непосредственно к участку повреждения, но и принцип инициирования процессов выздоровления и восстановления путем местного введения раздражающего вещества и, следовательно, стимулирования воспаления. С 2008 г. начали появляться публикации [23, 24, 60], в которых подчеркивалось, что значимую роль в терапевтическом потенциале плазмы играют не только тромбоциты, но и лейкоциты. При центрифугировании цельной крови лейкоциты концентрируются в слое, называемом лейкоцитарной пленкой. Тромбоциты, как правило, концентрируются прямо на ее поверхности. Было установлено, что лейкоциты стимулируют экспрессию коллагена III типа, снижая при этом экспрессию коллагена I типа, что может привести к развитию фиброза. При этом было доказано, что лейкоциты обеспечивают защиту от инфицирования и способствуют снижению уровня размножения микроорганизмов. Таким образом, как и в случае с тромбоцитами, возник вопрос об оптимальной концентрации лейкоцитов в плазме, который остается открытым до сих пор. Было выяснено, что присутствие лейкоцитов приводит к изменению профиля экспрессии факторов роста в PRP, поэтому было предложено рассматривать PRP, содержащую значительное количество лейкоцитов, как отдельное терапевтическое средство [55, 61, 62]. Поскольку, как уже упоминалось выше, консенсуса в отношении как приготовления PRP (скорость и продолжительность центрифугирования, использование антикоагулянта), так и ее состава (тромбоциты, лейкоциты, факторы роста) и схем применения достигнуть не удавалось, в целях стандартизации терминологии было предложено несколько классификаций препаратов PRP. В 2009 г. Ehrenfest et al. [60] сделали попытку классифицировать препараты PRP по уровню содержания в ней лейкоцитов и по характеристикам структуры фибрина, предложив систему, которая включала четыре группы: богатая лейкоцитами PRP, чистая PRP, богатый лейкоцитами и тромбоцитами фибрин и чистый PRF. Подразумевается, что эти препараты обладают различными эффектами и применяются для лечения различных патологических состояний, поэтому при выборе препарата необходимо учитывать цель его применения. В 2012 г. Mishra et al. [31] предложили еще одну классификацию, основанную на двух признаках: 1) наличие или отсутствие лейкоцитов; 2) активирование или неактивирование PRP. Предложенная система классификации также включала четыре группы препаратов PRP — раствор (жидкая форма), богатая лейкоцитами PRP, богатая лейкоцитами PRP в форме геля, раствор чистой PRP и чистой PRP в форме геля. От предыдущей она отличалась лишь наличием еще одного параметра — оценкой концентрации тромбоцитов (тип А — концентрация тромбоцитов в PRP в пять или более раз выше, чем в цельной крови, тип B — концентрация тромбоцитов в PRP превышает соответствующий показатель в цельной крови менее чем в пять раз). И этот параметр кажется весьма спорным, поскольку в предшествующие годы многие исследователи отказались от концепции концентрации тромбоцитов по вполне логичной причине: концентрация тромбоцитов зависит только от объема жидкой сыворотки, используемой для сохранения тромбоцитов в виде суспензии. Количество сыворотки значительно варьирует в зависимости от протокола и предполагаемого применения полученного препарата и влияния на ожидаемый эффект не оказывает. Идея абсолютного количества тромбоцитов кажется более логичной, несмотря на то что авторы большинства публикаций не смогли выявить четкого и воспроизводимого влияния этого параметра на клинические результаты [10, 65]. Количество тромбоцитов (абсолютное число) упоминается в качестве одного из параметров классификации в другой системе под названием PAW (Platelets, Activation, White cells) [66], которая была предложена для объединения и сравнения результатов, описанных в литературе. Помимо упомянутого параметра, в рамках этой системы оцениваются способ активации тромбоцитов и наличие лейкоцитов. Эта система, как и предыдущие, имеет свои ограничения и позволяет рассматривать только препараты, относящиеся к «семейству» PRP. В общем и целом она весьма сходна с классификацией, предложенной Mishra et al. [31], а количество тромбоцитов остается предметом ожесточенных споров, поскольку на сегодняшний день не существует ни одной публикации, которая позволяла бы определить, каким является оптимальное количество тромбоцитов и имеет ли вообще такая концепция
право на существование с учетом сложного состава таких многокомпонентных материалов, как тромбоцитарные концентраты [65]. К сожалению, ни одна из этих классификаций не подтверждена достаточным количеством эмпирических доказательств. Кроме того, авторы этих систем не учитывали конечный объем препарата, наличие или отсутствие эритроцитов в PRP и дозы тромбоцитов в конечном объеме полученной PRP [7]. Нет ничего удивительного в том, что эти системы не получили единодушного признания. В 2016 г. Magalon et al. [67] разработали классификацию DEPA (Dose, Efficiency, Purity, Activation), в рамках которой рассматривались количество тромбоцитов, получаемых при использовании различных систем, чистота полученного препарата и активация тромбоцитов перед введением инъекции препарата. Классификация DEPA основана на четырех различных элементах. 1. Доза вводимых тромбоцитов, которую определяли посредством умножения концентрации тромбоцитов в PRP на полученный объем PRP. Введенная доза (измеряемая в миллиардах или миллионах тромбоцитов) может расцениваться: а) как очень высокая (>5 млрд); б) высокая (от 3 до 5 млрд); в) средняя (от 1 до 3 млрд); г) низкая (<1 млрд). 2. Эффективность оборудования или системы, при помощи которых получают PRP. Она определяется процентной долей тромбоцитов, извлеченных из цельной крови при получении PRP. Выделены четыре категории: а) высокоэффективное оборудование (степень извлечения тромбоцитов составляет >90%); б) оборудование средней эффективности (степень извлечения тромбоцитов между 70 и 90%); в) низкоэффективное оборудование (степень извлечения тромбоцитов — между 30 и 70%); г) неэффективное оборудование (степень извлечения тромбоцитов составляет <30%). 3. Чистота полученной PRP: коррелирует с относительным содержанием тромбоцитов, лейкоцитов и эритроцитов в полученной PRP. Препараты описываются: а) как очень чистая PRP (процентная доля тромбоцитов в PRP, по сравнению с эритроцитами и лейкоцитами, составляет >90%); б) чистая PRP (доля тромбоцитов — от 70 до 90%); в) гетерогенная PRP (процентная доля тромбоцитов — от 30 до 70%); г) PRP цельной крови (процентная доля тромбоцитов — <30%). 4. Процесс активации: используется ли какой-либо экзогенный коагулирующий фактор для активации тромбоцитов (например, аутологичный тромбин или хлорид кальция). Последняя классификация кажется более полной по сравнению с предыдущими, однако самостоятельно определить количество составляющих элементов плазмы врач вряд ли способен, следовательно, либо на каждом медицинском изделии, предназначенном для получения PRP, должно быть установлено соответствующее устройство, либо система классификации становится по умолчанию неприменимой [7].
В 2017 г. Lana et al. [68] опубликовали систему классификации MARSPILL. Ее авторы отмечают, что в предыдущих классификациях не уделено должного внимания клеточным и молекулярным компонентам PRP и не проведен их полный анализ. В системе особый акцент сделан на мононуклеары и их роль в обеспечении эффективности PRP. В рамках классификации также рассматриваются следующие параметры: 1) метод приготовления (ручной или автоматизированный); 2) количество центрифугирований (1 или 2); 3) содержание эритроцитов (богатая эритроцитами или бедная эритроцитами); 4) концентрация тромбоцитов (в 2–3, в 4–6, в 6–8 и в 8–10 раз больше соответствующих значений на исходном уровне); 5) визуальный контроль (наличие или отсутствие); 6) концентрация лейкоцитов (богатая лейкоцитами или бедная лейкоцитами); 7) активация и фотоактивация (проводится или нет). Каков же результат? К сожалению, приходится констатировать, что общей системы классификации препаратов PRP до сих пор создать никому не удалось. Их характеристики зависят от вида используемого оборудования и соответствующих инструкций его производителей (количество центрифугирований и режим), а также от того, осуществлялось ли активирование тромбоцитов. Рассмотрим кратко различные виды тромбоцитарных концентратов, существующих на сегодняшний день, и методики их получения [по материалам А. Агравала (Amit Agrawal)] [1] (табл. 2.1).
Таблица 2.1. Виды тромбоцитарных концентратов и методики их получения
| Вид тромбоцитарного концентрата | Метод получения | Описание |
|---|---|---|
| Чистая PRP | Cell separator PRP | PRP собирается прерывным методом, при том, что пациент присоединен к устройству постоянно. Можно получить до 300 мл PRP. При использо- вании пакетов крови из каждого пакета объемом 450 мл можно получить 40 мл PRP |
| Vivostat PRF | Усовершенствованный клеточный сепаратор, разработанный для получения фибринового герметика. Аппарат громоздкий, дорогостоящий, с низкой продуктивностью в отношении получения тромбоцитов | |
| Anitua’s PRGF | Цитратная кровь собирается в пробирки объемом 5 мл и аккуратно центрифугируется в течение 8 мин при 460 g. Бедный тромбоцитами слой (1 мл) устраняется, а слой плазмы, богатой факторами роста, расположенный над лейкоцитарной пленкой, собирается пипеткой в отдельную пробирку. Добав- ляется хлорид кальция для коагулирования. Про- блемы с эргономичностью и воспроизводимостью процедуры | |
| Nahita PRP | Протокол сходен с таковым получения Anitua’s PRGF | |
| Богатая лейкоцитами PRP | PCCS PRP | Состоит из двух модулей, цитратная кровь поступает в первый модуль, где непродолжительно центрифугируется. Под давлением воздуха верхний слой бедной тромбоцитами плазмы и лейкоцитарная пленка поступают во второй модуль, где центрифугируются в течение более продолжительного времени. Бедная тромбоцитами плазма возвращается в первый модуль, а конечный продукт остается |
| SmartPReP PRP | Аналогично предыдущей, эта система состоит из двух модулей, но для ее использования требуется меньше манипуляций. Система многофункциональна и может применяться для концентрации стволовых клеток, полученных из трансплантата костного мозга | |
| Megalian APS PRP | Усовершенствованный клеточный сепаратор с оптическим ридером. Компактный, предназначен для образцов крови небольшого объема (до 50 мл) | |
| GPS PRP | Система, так же как и вышеупомянутая, состоит из двух модулей. Проводится два центрифугиро- вания, бедная тромбоцитами плазма устраняется, второе центрифугирование проводится со слоем эритроцитов. Конечный продукт (PRP) аспираци- онно забирается со слоя эритроцитов | |
| Friadent PRP | В основе обеих техник лежит классический метод двухэтапного центрифугирования. После первого бедная тромбоцитами плазма и лейкоцитарная пленка переносятся в другую пробирку, после второго бедная тромбоцитами плазма устраняется и остается PRP | |
| Curasan PRP | ||
| AutoloGel | Конечный продукт называется «аутологичный богатый тромбоцитами плазменный гель» | |
| Regen PRP | В рамках обеих методик применяются специальные желирующие вещества, такие как глюконат кальция и лиофилизированный очищенный батроксобин — фермент, способствующий полимеризации фибрина без бычьего тромбина. Метод Regen также предусматривает использование разделительного геля в пробирках | |
| Plateltex PRP | ||
| Ace PRP | Сходный протокол, отличающийся только режимом центрифугирования и видом антикоагулянта | |
| Чистый PRF | Fibrinet PRFM | Набор состоит из двух пробирок, одна — для забора крови, другая — для коагуляции PRFM. Около 9 мл крови набирается в пробирку с цитратом натрия и разделительным гелем, центрифугируется 6 мин на высокой скорости. Лейкоцитарную пленку и бедную тромбоцитами плазму переносят во вторую пробирку, содержащую хлорид кальция, и центрифугируют в течение 15 мин. Удается получить лишь очень незначительное количество лейкоцитов, но получаемая фибриновая матрица плотнее и стабильнее, чем у PRP |
| Богатый лейкоцитами PRF | Choukroun’s PRF | Считается тромбоцитарным концентратом второго поколения, получаемым естественным путем без добавления антикоагулянтов или желирующих веществ. Венозная кровь центрифугируется на низкой скорости до получения слоя эритроцитов, сгустка PRF в середине и слоя ацеллюлярной плазмы наверху |
| Intra-Spin | Единственный набор для получения PRP, утвержденный Управлением по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов. В набор входит пробирка объемом 9 мл, кровь в ней центрифугируют при комнатной температуре при 2700 rpm (приблизительно 400 g) в течение 12 мин. Содержит набор Xpression для получения мембран | |
| Titanium- prepared PRF | Активация тромбоцитов при помощи пробирок из титана (вместо стеклянных) позволяет улучшить характеристики получаемого препарата: он обладает лучшей структурой и стабильностью | |
| Концентрированные факторы роста | Medifuge, Silfradent | Позволяет изолировать более крупную и плотную фибриновую матрицу, содержащую факторы роста в большей концентрации. Отмечается наличие трансформирующего фактора роста (transforming growth factor —TGF)-β, VEGF и CD34+ |
| Sticky Bone | Sticky Bone | Аутологичный фибриновый клей, смешанный с костным трансплантатом |
| T-PRF | T-PRF | Вместо стеклянных пробирок для забора и центрифугирования крови используются пробирки из титана |
| A-PRF | Advanced PRF Process | Более быстрые васкуляризация, увеличение объема мягких тканей, выработка большего количества цитокинов |
| PRF в инъекционной форме | PRF в инъекционной форме | Забор крови в пробирку объемом 9 мл, без добавок, центрифугирование в течение 2 мин при 3300 rpm. Результат — жидкость оранжевого цвета |
Несмотря на то что все разработчики систем для получения PRP утверждают, что именно их разработки позволяют получить самые лучшие препараты, способности этих систем концентрировать тромбоциты значительно разнятся. В результате получаются препараты PRP, значительно различающиеся между собой по концентрации тромбоцитов и лейкоцитов. Отсутствует консенсус в отношении практически каждого аспекта, связанного с получением и применением PRP, будь то оптимальный объем ее введения, частота и способ применения или методика/система приготовления. Поэтому определить, какая из методик получения PRP или соответствующее оборудование лучше, чрезвычайно сложно. Закончить эту главу мне бы хотелось словами Аруна Гарга (Arun Garg), признанного во всем мире хирурга-стоматолога и преподавателя университета Майами, проводившего исследования PRP вместе с Робертом Марксом. Говоря о многочисленных терминах, которые появились с тех пор, как впервые в центрифугу была поставлена пробирка для получения плазмы наверху, фибрина в центре и эритроцитов внизу, он заметил: «Я могу сыграть в ту же игру и создать PRP хоть пятого поколения, но это будет лукавством. Правда же заключается в том, что PRP — это PRP, под каким бы вы углом на нее ни посмотрели и каким бы термином ни назвали. И PRF, и PRF в инъекционной форме, и все прочее — все это PRP» [69].
Справочная литература 1. Agrawal A.A. Evolution, current status and advances in application of platelet concentrate in periodontics and implantology // World J. Clin. Cases. 2017. Vol. 5, No. 5. P. 159–171. DOI: 10.12998/wjcc.v5.i5.159. 2. Chhabra P., Chhabra P., Kakkar A., Kumar M., Kumari S. Platelet Rich Fibrin-Evolution, Preparation and its Clinical Implications // J. Adv. Med. Dent. Sci. Res. 2018. Vol. 6, No. 11. P. 102–106. 3. Kingsley C.S. Blood Coagulation: Evidence of an Antagonist to Factor VI in Platelet-Rich Human Plasma // Nature. 1954. Vol. 173, No. 4407. P. 723. 4. Levin R.H., Freireich E.J., Chappell W. Effect of Storage up to 48 Hours on Response to Transfusions of Platelet Rich Plasma. // Transfusion. 1964. Vol. 4. P. 251–256. DOI: 10.1111/j.1537-2995.1964.tb02867.x. 5. Levin R.H., Pert J.H., Freireich E.J. Response to Transfusion of Platelets Pooled from Multiple Donors and the Effects of Various Technics of Concentrating Platelets // Transfusion. 1965. Vol. 5. P. 54–63. DOI: 10.1111/j.1537-2995.1965.tb01134.x. 6. Flatow F.A., Jr. Freireich E.J. The increased effectiveness of platelet concentrates prepared in acidified plasma // Blood. 1966. Vol. 27. P. 449. 7. Alves R., Grimalt R. A Review of Platelet-Rich Plasma: History, Biology, Mechanism of Action, and Classification // Skin Appendage Disord. 2018. Vol. 4, No. 1. P. 18–24. DOI: 10.1159/000477353.
8. Andia I. Platelet-rich plasma biology // R. Alves,R. Grimalt (eds). Clinical Indications and Treatment Protocols with Platelet-Rich Plasma in Dermatology. Barcelona: Ediciones Mayo, 2016. P. 3–15. 9. Araki J., Jona M., Eto H. et al. Optimized preparation method of platelet-concentrated plasma and noncoagulating platelet-derived factor concentrates: maximization of platelet concentration and removal of fibrinogen // Tissue Eng Part C Methods. 2012. Vol. 18, No. 3. P. 176–185. DOI: 10.1089/ten.TEC.2011.0308. 10. Dohan Ehrenfest D.M., Andia I., Zumstein M.A., Zhang C.Q., Pinto N.R., Bielecki T. Classification of platelet concentrates (Platelet-Rich Plasma-PRP, Platelet-Rich FibrinPRF) for topical and infiltrative use in orthopedic and sports medicine: current consensus, clinical implications and perspectives // Muscles Ligaments Tendons J. 2014. Vol. 4, No. 1. P. 3–9. Published 2014 May 8. 11. Matras H. Effect of various fibrin preparations on reimplantations in the rat skin // Osterr. Z. Stomatol. 1970. Vol. 67. P. 338–359. 12. Rosenthal A.R., Egbert P.R., Harbury C., Hopkins J.L., Rubenstein E. Use of plateletfibrinogen-thrombin mixture to seal experimental penetrating corneal wounds // Albrecht von Graefes Arch. Klin. Exp. Ophthalmol. 1978. Vol. 207, No. 2. P. 111–115. 13. Knighton D.R., Ciresi K.F., Fiegel V.D., Austin L.L., Butler E.L. Classification and treatment of chronic nonhealing wounds. Successful treatment with autologous plateletderived wound healing factors (PDWHF) // Ann Surg. 1986. Vol. 204, No. 3. P. 322–330. DOI: 10.1097/00000658-198609000-00011. 14. Knighton D.R., Doucette M., Fiegel V.D., Ciresi K., Butler E., Austin L. The use of platelet derived wound healing formula in human clinical trials // Prog. Clin. Biol. Res. 1988. Vol. 266. P. 319–329. PMID: 3289047. 15. Whitman D.H., Berry R.L., Green D.M. Platelet gel: an autologous alternative to fibrin glue with applications in oral and maxillofacial surgery // J. Oral Maxillofac. Surg. 1997. Vol. 55. P 1294–1299. PMID: 9371122. DOI: 10.1016/S0278-2391(97)90187-7. 16. Marx R.E., Carlson E.R., Eichstaedt R.M., Schimmele S.R., Strauss J.E., Georgeff K.R. Platelet-rich plasma: Growth factor enhancement for bone grafts // Oral Surg. Oral Med. Oral Pathol. 1998. Vol. 85. P. 638–646. DOI: 10.1016/S1079-2104(98)90029-4. 17. Anitua E. Plasma rich in growth factors: preliminary results of use in the preparation of future sites for implants // Int. J. Oral Maxillofac. Implants. 1999. Vol. 14, No. 4. P. 529–35. 18. Dohan Ehrenfest D.M., Rasmusson L., Albrektsson T.: Classification of platelet concentrates: from pure platelet-rich plasma (PPRP) to leucocyte- and platelet-rich fibrin (LPRF) // Trends Biotechnol 2009. No. 2. P. 158–167. 19. Choukroun J., Adda F., Schoeffer C., Vervelle A. PRF: an opportunity in perio- implantology // Implantodontie. 2000. No. 42. P. 55–62. 20. Choukroun J. Advanced PRF & i-PRF: Platelet concentrates or blood concentrates? // J. Periodontal Med. Clin. Pract. 2014. No. 1. P. 3. 21. Bielecki T., Gazdzik TS., Szczepanski T. Re: «The effects of local platelet rich plasma delivery on diabetic fracture healing». What do we use: Platelet-rich plasma or platelet rich gel? // Bone. 2006. No. 39. P. 1388; author reply P. 1389. PMID: 16890506 DOI: 10.1016/ j.bone.2006.06.015. 22. Sacco L. Lecture, International academy of implant prosthesis and osteoconnection // Lecture. 2006. No. 12. P. 4. 23. Everts P.A., van Zundert A., Schönberger J.P., Devilee R.J., Knape J.T. What do we use: platelet-rich plasma or platelet-leukocyte gel? // J. Biomed. Mater. Res. A. 2008. Vol. 85, No. 4. P. 1135–1136. 24. Everts P.A., Hoffmann J., Weibrich G., Mahoney C.B., Schönberger J.P., van Zundert A., Knape J.T. Differences in platelet growth factor release and leucocyte kinetics during autologous platelet gel formation // Transfus. Med. 2006. Vol. 16, No. 5. P. 363–368. 25. Sohn D.S. Lecture titled with sinus and ridge augmentation with CGF and AFG, Symposium on CGF and AFG. Tokyo, June 6, 2010.
26. Mourão C.F., Valiense H., Melo E.R., Mourão N.B., Maia M.D. Obtention of injectable platelets rich-fibrin (i-PRF) and its polymerization with bone graft: technical note // Rev. Col. Bras. Cir. 2015 . Vol. 42, No. 6. P. 421–423. 27. Carlson N.E., Roach R.B. Platelet-rich plasma: clinical applications in dentistry // J. Am. Dent. Assoc. 2002; 133. P. 1383–1386. 28. Marx R.E. Platelet-rich plasma: Evidence to support its use // J. Oral Maxillofac. Surg. 2004. Vol. 62, No. 4. P. 489–496. 29. Choukroun J., Diss A., Simonpieri A. et al. Platelet-rich fibrin (PRF): a second-generation platelet concentrate, Part IV: clinical effects on tissue healing // Oral Surg. Oral Med. Oral Pathol. Oral Radiol. Endod. 2006. Vol. 101-3. P. 56–60. 30. Hall M.P., Band P.A., Meislin R.J., Jazrawi L.M., Cardone D.A.: Platelet-rich plasma: Current concepts and application in sports medicine // J. Am. Acad. Orthop. Surg. 2009. Vol. 17, No. 10. 602–608. 31. Mishra A., Harmon K., Woodall J., Vieira A. Sports medicine applications of platelet rich plasma // Curr. Pharm. Biotechnol. 2012. Vol. 13. P. 1185–1195. 32. Bashir J., Panero A.J., Sherman A.L. The Emerging Use of Platelet-Rich Plasma in Musculoskeletal Medicine // J. Am. Osteopath. Assoc. 2015. Vol. 115, No. 1. P. 24–31. DOI: 10.7556/jaoa.2015.004. 33. Mishra A., Pavelko T: Treatment of chronic elbow tendinosis with buffered platelet-rich plasma // Am. J. Sports Med. 2006. Vol. 34, No. 11. P. 1774–1778. 34. Hsu, Wellington K., Mishra, Allan, Rodeo, Scott R., Fu, Freddie, Terry, Michael A., Randelli, Pietro, Canale, S. Terry, Kelly, Frank B. Platelet-rich plasma in orthopaedic applications: evidence-based recommendations for treatment // J. Am. Acad. Orthop. Surg. 2013. Vol. 21, No. 12. P. 739–748. DOI: 10.5435/JAAOS-21-12-739. 35. Conde Montero E., Fernández Santos M.E., Suárez Fernández R. Platelet-rich plasma: applications in dermatology // Actas Dermosifiliogr. 2015. No. 106. P. 104–111. 36. Andia I., Abate M. Platelet-rich plasma: underlying biology and clinical correlates. Regen Med. 2013 Sep; 8(5): 645–58. 37. Li Z.J., Choi H.I., Choi D.K., Sohn K.C., Im M., Seo Y.J., Lee Y.H., Lee J.H., Lee Y. Autologous platelet-rich plasma: a potential therapeutic tool for promoting hair growth // Dermatol. Surg. 2012. Vol. 38, No. 7, Pt 1. P. 1040–1046. 38. Sommeling C.E., Heyneman A., Hoeksema H., Verbelen J., Stillaert F.B., Monstrey S. The use of platelet-rich plasma in plastic surgery: a systematic review // J. Plast. Reconstr. Aesthet. Surg. 2013. No. 66. P. 301–311. 39. Salazar-Álvarez A.E., Riera-del-Moral L.F., García-Arranz M., Alvarez-García J., Rodriguez N.A., Riera-de-Cubas L. Use of platelet-rich plasma in the healing of сhronic ulcers of the lower extremity // Actas Dermosifiliogr. 2014. No. 105. P. 597–604. 40. Picard F., Hersant B., Bosc R., Meningaud J.P. Should we use platelet-rich plasma as an adjunct therapy to treat “acute wounds”, “burns”, and “laser therapies”: a review and a proposal of a quality criteria checklist for further studies // Wound Repair Regen. 2015. No. 23. P. 163–170. 41. Cobos R., Aizpuru F., Parraza N., Anitua E., Orive G.: Effectiveness and efficiency of platelet rich plasma in the treatment of diabetic ulcers // Curr. Pharm. Biotechnol. 2015. No. 16. P. 630–634. 42. Sclafani A.P., Azzi J. Platelet preparations for use in facial rejuvenation and wound healing: a critical review of current literature // Aesthec. Plast. Surg. 2015. Vol. 39. P. 495–505. 43. Conde Montero E. PRP in wound healing // R. Alves, R. Grimalt (eds.). Clinical Indications and Treatment Protocols with Platelet-Rich Plasma in Dermatology. Barcelona: Ediciones Mayo, 2016. P. 9–72. 44. Kim D.H., Je Y.J., Kim C.D., Lee Y.H., Seo Y.J., Lee J.H., Lee Y. Can platelet-rich plasma be used for skin rejuvenation? Evaluation of effects of platelet-rich plasma on human dermal fibroblast // Ann. Dermatol. 2011. No. 23. P. 424–431.
45. Sclafani A.P., McCormick S.A. Induction of dermal collagenesis, angiogenesis, and adipogenesis in human skin by injection of platelet-rich fibrin matrix // Arch. Facial Plast. Surg. 2012. No. 14. P. 132–136. 46. Li Z.J., Choi H.I., Choi D.K. et al. Autologous platelet-rich plasma: a potential therapeutic tool for promoting hair growth // Dermatol. Surg. 2012. No. 38. P. 1040–1046. 47. Lola Bou Camps: PRP in cosmetic dermatology // R. Alves, R. Grimalt (eds.). Clinical Indications and Treatment Protocols with Platelet-Rich Plasma in Dermatology. Barcelona: Ediciones Mayo, 2016. P. 45–57. 48. Girão L. PRP and other applications in dermatology // R. Alves, R. Grimalt (eds.). Clinical Indications and Treatment Protocols with Platelet-Rich Plasma in Dermatology. Barcelona: Ediciones Mayo, 2016. P. 73–78. 49. Giordano S., Romeo M., Lankinen P. Plateletrich plasma for androgenetic alopecia: does it work? Evidence from meta analysis // J. Cosmet. Dermatol. 2017. Epub ahead of print. 50. Arshdeep. Platelet-rich Plasma by Single-spin Process in Male Pattern Androgenetic Alopecia: Is it an Effective Treatment? // Indian Dermatol. Online J. 2017. Vol. 8, No. 6. P. 465–467. DOI: 10.4103/idoj.IDOJ_115_17. 51. Ayatollahi A., Hosseini H., Gholami J., Mirminachi B., Firooz F., Firooz A. Platelet rich plasma for treatment of non-scarring hair loss: systematic review of literature // J. Dermatolog. Treat. 2017. Epub ahead of print. 52. Gupta A.K., Carviel J: A mechanistic model of platelet-rich plasma treatment for androgenetic alopecia // Dermatol. Surg. 2016. No. 42. P. 1335–1339. 53. Andia E., Rubio-Azpeitia J., Martin I., Abate M. Current concepts and translational uses of platelet rich plasma biotechnology // D. Ekinci (ed.). Biotechnology. InTech, 2015. DOI: 10.5772/59954. 54. Marx R.E. Platelet-rich plasma (PRP): what is PRP and what is not PRP? // Implant Dent. 2001. Vol. 10, No. 4. P. 225–228. 55. Cole B.J., Seroyer S.T., Filardo G., Bajaj S., Fortier L.A. Platelet-rich plasma: where are we now and where are we going? // Sports Health. 2010. Vol. 2, No. 3. P. 203–210. DOI: 10.1177/1941738110366385. 56. Eppley B.L., Woodell J.E., Higgins J. Platelet quantification and growth factor analysis from platelet-rich plasma: implications for wound healing // Plast. Reconstr. Surg. 2004. Vol. 114, No. 6. P. 1502–1508. 57. Fréchette J.P., Martineau I., Gagnon G. Platelet-rich plasmas: growth factor content and roles in wound healing // J. Dent. Res. 2005. Vol. 84, No. 5. P. 434–439. 58. McCarrel T., Fortier L. Temporal growth factor release from platelet-rich plasma, trehalose lyophilized platelets, and bone marrow aspirate and their effect on tendon and ligament gene expression // J. Orthop. Res. 2009. Vol. 27, No. 8. P. 1033–1042. 59. Hackett G. Ligament and Tendon Relaxation: Treated by Prolotherapy. Springfield, IL: Charles C. Thomas, 1956. 60. Dohan Ehrenfest D.M., Rasmusson L., Albrektsson T. Classification of platelet concentrates: from pure platelet-rich plasma (P-PRP) to leucocyte- and platelet-rich fibrin (L-PRF) // Trends Biotechnol. 2009. Vol. 27, No. 3. P. 158–167. 61. Zimmermann R., Reske S., Metzler P., Schlegel A., Ringwald J., Eckstein R. Preparation of highly concentrated and white cell-poor platelet-rich plasma by plateletpheresis // Vox Sang. 2008. Vol. 95, No. 1. P. 20–25. 62. Castillo T.N., Pouliot M.A., Kim H.J., Dragoo J.L. Comparison of Growth Factor and Platelet Concentration From Commercial Platelet-Rich Plasma Separation Systems. The American Journal of Sports Medicine. 2011. Vol. 39, No. 2. P. 266–271. DOI: https: //doi. org/10.1177/0363546510387517 63. Harmon K., Hanson R., Bowen J. et al. Guidelines for the use of platelet rich plasma. URL: https: //www.scribd.com/document/159334949/206-ICMS-Guidelines-for-the-Use-ofPlateletRich-Plasma-Draftob-oasbonasdandbowndoww
64. Graziani F., Ivanovski S., Cei S., Ducci F., Tonetti M., Gabriele M. The in vitro effect of different PRP concentrations on osteoblasts and fibroblasts // Clin. Oral Implants Res. 2006. Vol. 17. P. 212–219. 65. Weibrich G., Hansen T., Kleis W., Buch R., Hitzler WE. Effect of platelet concentration in platelet-rich plasma on peri-implant bone regeneration // Bone. 2004. Vol. 34, No. 4. P. 665–671. 66. DeLong J.M., Russell R.P., Mazzocca A.D. Platelet-rich plasma: the PAW classification system // Arthroscopy. 2012. Vol. 28, No. 7. P. 998–1009. 67. Magalon J., Chateau A.L., Bertrand B. et al. DEPA classification: a proposal for standardising PRP use and a retrospective application of available devices // BMJ Open Sport & Exercise Medicine 2016. No. 2. P. e000060. DOI: 10.1136/bmjsem-2015-000060. 68. Lana J.F.S.D., Purita J., Paulus C., Huber S.C., Rodrigues B.L., Rodrigues A.A., Santana M.H., Madureira J.L. Jr., Malheiros Luzo Â.C., Belangero W.D., Annichino-Bizzacchi J.M. Contributions for classification of platelet rich plasma — proposal of a new classification: MARSPILL // Regenerative Medicine. 2017. Vol. 12, No. 5. P. 565–574. 69. PRP — putting the record straight // British Dental Journal. 2018. Vol. 225, No. 12. P. 1085.